"АХ, ВОЙНА, ЧТО ТЫ, ПОДЛАЯ, СДЕЛАЛА …"
  • Вид на Каширский переулок с Бронницкой колокольни
    Вид на Каширский переулок с Бронницкой колокольни
381
Совсем немного осталось до 9 мая… К сожалению, из-за пандемии коронавируса торжества в честь 75-летия Великой Победы перенесены на неопределенный срок. Но несмотря на это, самый почитаемый в России праздник не перестанет быть праздником: даже оставаясь дома, в День Победы все мы обязательно вспомним наших героев – тех, кто принял на себя удары войны и навсегда остался на полях сражений; тех, кто ковал Победу на трудовом фронте, и тех, кто оставался в Бронницах в те незабываемо трудные годы – наших земляков: знакомых, друзей, ровесников… 

Мой родной Каширский переулок. Один кирпичный и 36 деревянных домиков, расположенных по обе его стороны от Московской до Новобронницкой улиц. Их облик, за малым исключением, сохранился неизменным до сих пор. Замыкали его «красная» школа, единственная в то время средняя школа на весь Бронницкий район, и недостроенное здание новой бани. Стоявший в некотором отдалении за школой двухэтажный бревенчатый военведомский дом был построен в 1936 году и жил как бы отдельной от переулка жизнью, никак не влияя на нее.

Пришел 1941 год. По дворам разносили повестки о призыве в армию. Плачь и стенания. Быстро обезлюдила наша «Каширка». В короткий срок только с нашего переулка призвали 37 человек, в том числе и четырех девушек: Лидию Комлеву, Валентину Сидорову и двух Александр – Волкову и Юхареву. На площади им.Ленина, казалось, без перерыва играл марш духовой оркестр, провожая мобилизованных на фронт. Эвакуировался в тыл военный завод, а с ним уехали семьи забронированных рабочих-специалистов. Шла эвакуация и семей партийных работников. По окраинам города колхозники гнали в тыл стада скота, чтобы они не достались врагу, и женщины, сопровождающие их, в тревоге бегали по улицам в поисках людей, которые помогли бы подоить коров, иначе они погибнут от мастита.

Свободных людей было мало. Матери и старшие сестры рыли окопы и работали на обрушении левого (крутого) берега Москвы-реки как противотанкового заграждения. В первые дни июля в Бронницах сформировался истребительный батальон, в задачу которого входили борьба с возможными диверсантами, охрана хозяйственных объектов города, патрулирование улиц в темное время суток, уничтожение сбрасываемых листовок. В Каширском переулке, в помещении конторы совхоза им.Ворошилова, впоследствии совхоза «Бронницкий», расположилось подразделение ВНОС (военное наблюдение, оповещение, связь), а позади больницы, в поле, установили прожекторы и зенитные орудия.

Мой отец, Иван Иванович Баринов, был призван в истребительный батальон. Детей у него было трое. Старший брат должен был учиться в 10-м классе, но пошел работать на электростанцию электриком, чтобы заработать какие-нибудь деньги для семьи. Бойцы батальона одновременно с несением военной службы спешно достраивали под казарму недостроенную баню, а вечером и ночью охраняли город от возможных диверсантов. Участились налеты на Москву. Жителям было предложено вырыть во дворах домов укрытия от бомб. Это были обыкновенные ямы глубиной два метра, такой же длины и шириной в метр. Сверху были положены бревнышки и присыпаны землей. Земляные ступеньки, немудреная крышка – вот и все укрытие.

Сообщения с фронтов были горькие: враг быстро приближался к Москве. В столице спешно формировалось рабочее ополчение. В сентябре наш бронницкий истребительный батальон был направлен в Москву. Транспорта не было, и бойцы в Москву пошли пешком. Дети провожали своих отцов до деревни В.Велино, оттуда нам приказали вернуться домой. Остальные проводили батальон до Чулковской переправы на Москве-реке. Мост в то время был разводной – понтонный. Дальше бойцы пошли одни, надо было спешить. Лишь днем вернулись домой матери, прошагав за ночь в оба конца около 45 км. Так ушел на фронт мой отец. В октябре он уже принимал участие в сражениях под Москвой. В боях на Ржевском направлении отца тяжело ранили. Об этом мы узнали спустя три месяца, тяжело пережив время неизвестности. За это время пришли на «Каширку» первые похоронки.

Тяжелый удар пришелся на семью наших соседей Мневых – погиб единственный сын среди пяти детей – Алексей, скромный, заботливый, окончивший в 1941 году техникум, надежда и будущая опора семьи. Через короткое время пришла похоронка на брата моей подружки и одноклассницы Веры Кирилловой (в будущем – преподаватель литературы в школе №10) – не стало веселого Сергея. Потом погиб Василий Кочуров – крупный, добродушный молотобоец в Бронницкой кузнице, служивший артиллеристом.

Наступление немцев под Москвой остановили ценой огромных наших потерь. Но люди радовались этой победе, хотя надвигалась еще одна беда – голод. Эта тяжесть упала на плечи наших матерей, приложивших все старания и силы, чтобы спасти своих детей. Особенно трудной оказалась весна 1942 года. Скудные запасы кончились, и очень многие выжили в нашем городе, собирая гнилую картошку весной на полях. Лепешки из промытого крахмала скрипели песком на зубах. В последующие годы каждый клочок земли вокруг дома был вскопан и засеян, принося добавку к скудному пайку по карточкам.

Раненый отец вернулся весной 1942 года домой, но поддержать его здоровье было нечем. Работать он не мог – рана не заживала. Открылся туберкулез легких. Возвратились домой и другие раненые – Петр Ершов, Анатолий Ландин. Их положение тоже было тяжелым.

В августе 1942 ушли на фронт парни 1924 года рождения, и среди них был мой брат Геннадий. Ему было 17,5 лет. С Каширского переулка были призваны также Иван Журкин, Борис Кочуров, Михаил Кондратьев, Виктор Полевой и Михаил Кондаков. В последующие годы ушли на фронт еще трое парней, остальные были еще детьми.

Всего с нашего переулка были призваны на войну 45 человек, из них не вернулись домой 16 мужчин. Никогда больше не увидели своих отцов дети Солодковы, Исаевы, Шмелевы, Степановы, Антоновы. Не обняли матери своих сыновей: Александра Хохрина, Александра Печалина, Василия Логинова, Михаила Кондратьева, Михаила Кондакова, Василия Кочурова, Алексея Мнева, Петра Карпова, Георгия Тюренкова, Сергея Кириллова. Не обнял отец сына – Сергея Санова.

Не передать словами, что пережили на фронте оставшиеся в живых наши отцы и братья, многие годы хранили они в себе перенесенные муки. Ни какими словами не передать, как перенесли мы годы войны, все муки, которые пришли с ней. Мечтали о мире и ждали конца войны.

И вот, наконец, пришел он, долгожданный день Великой Победы. Все, оставшиеся на сегодня в живых из жителей моей «Каширки», хорошо помнят этот день. Было раннее утро, люди перебегали от дома к дому с просветленными лицами, обнимались, целовались и плакали от радости. В ночь на 9 мая из приемников узнали, что в Берлине подписан акт о безоговорочной капитуляции Германии. Весь день над городом звучала музыка двух духовых оркестров, играли гармонисты. Люди пели и плясали от радости. И одновременно с радостным гулом стоял над городом плач и стон людей, потерявших на войне своих близких. Они вновь переживали боль, горе и отчаяние от того, что никогда их любимые, дорогие люди, не переступят порога родного дома. До последнего вздоха мы, свидетели страшной, жестокой войны и Великой Победы, будем помнить всех наших дорогих защитников. Честь им и слава в веках!
Из воспоминаний В. ЗУБАРЕВОЙ (БАРИНОВОЙ)
Назад