БРОННИЦКИЕ ДОРОГИ: ЧЕРЕЗ СОБЫТИЯ И ВЕКА
0
  • Дорога в Бронницы. Март 1903 года
    Дорога в Бронницы. Март 1903 года
1370
Теме бронницких дорог в разные годы было посвящено немало авторских публикаций. Касался этой темы и наш известный археолог, краевед и исследователь И.Л.Чернай, очень много сделавший для изучения истории Бронницкого края. Но он рассказывал о них как уже сложившихся путях на период 19 века. А вот об их становлении и поэтапном развитии мы практически ничего не знаем. В этой статье мне хотелось бы изложить своё видение этого длительного исторического процесса.

У нас почему-то издавна сложилось какое-то непонятное отношение к Бронницам, якобы не игравшим большой роли в нашей многовековой и многострадальной истории. А ведь город расположен на нашей главной дороге между Москвой и Коломной. А как говорилось раньше: Коломна-городок – Москвы уголок! Значит, это была проторенная дорога, по которой ездили, мчались, направляясь на битвы, боевые дружины. А княжеские послы и гонцы сновали по ней, как муравьи.

Ханские баскаки с важным видом шествовали в Москву с требованием дани. И, наконец, сколько здесь по ней протопало различных сапог, татарских ичигов, онучей и лаптей простого русского народа, простучали копыта татарских, монгольских, калмыцких, ногайских и русских коней. А сколько горя и слёз видела эта дорога в разные века! Сколько оставалось лежать в придорожной пыли убитых, опозоренных, обесчещенных наших стариков, детей и юных дев. Не перечесть этого ни в одной книге.

Вот об этой дороге мне бы хотелось рассказать, не забывая при этом о нашем славном городе. До 1300 года, т.е. до присоединения Коломны к московскому княжеству сообщение с Москвой осуществлялось только водным путём, по реке. Хотя весьма возможно, что от Коломны до реки «Мерской», сейчас Нерская, какая-то дорожная сеть существовала, как путь в стольный град Владимир. А начиналось это то ли при княгине Ольге, то при Владимире Мономахе. Вот как мне это видится...

«...Струг с дюжиной гребцов отходил от нескольких десятков домов, стоявших на берегу реки Москвы, там где в неё впадает речка Коломенка. Молодой, но с уже седеющей бородой, тиун получал последние наставления перед далёким путём. Князь требовал собрать всё сполна: ясак не плачен поди за десяток лет, а эти безбожники, кто их там разберёт то ли вятичи, то ли кривичи, то ли прости Господи мурома, совсем совесть потеряли. Стоявший рядом с ним поп тоже, не взирая на сан, облаивал непотребную паству. Какой год уж на дворе, а здесь ни одной церквушки не заложено, не говоря о том, чтобы достойный храм построить, где достойно Бога славить.

– Так что вы там, молодцы, потрудитеся и ясак сполна и церквушку где повиднее спроворотите.
– Что там впереди то нас ждёт, Вы отцы причетники и сами то ни разу чай там не были.
– Были касатик, были. Там вот что. Как дойдёте до пяти крестов, что ещё Владимир Святой ставил, то чуть подале, на лево от вас, деревушка будет. Вот и починайте с Христом Богом. С них по три векши с дыма причитается, а дворишек там сейчас с десяток наберётся. Там то по низинке и церквушку возведите.
– Так когда же мы это успеем отче?
– Поспешайте, дети мои. И для князюшки постарайтесь, и для церкви Божией, и себя чай не забудете.
– А дороги то там всего вёрст под семьдесят будет, к осени буде и вернётесь. Времени то вона сколько. Дойдёте до высокого кургана, там ещё речка большая справа впадает, а далее не следует ходить, там то ли Кучковичи сидят, то ли сам владимирский Юрий-князь. А ещё люди бают, на кургане том сам Буравой сидит. Бородища до пят. Глазищи, что твои плошки, так и горят. Бойтесь молодцы того Буравоя. С ними нам свариться не к чему. И поэтому дойдёте и назад поспешайте. А по пути деревья рубите, в плоты связывайте, да сюда спускайте. Нам город Коломну рубить надо. Трудновата работа, да нужна она нам. Даст Бог на будущий год и бечевник пустим. С лошадками оно поглаже пойдёт. Ну с Богом!»

Прошло лет с пяток, и вот уже на берегах реки Москвы появились новые деревушки. Вот стоит небольшое сельцо, уже названое Новлены. Там срублена деревянная церквушка. А далее вдоль берега тянулась прорубленная широкая просека. По ней ползли тяжёлые гружёные обозы.

... Появилась возможность продолжать путь не только по реке, но и на повозках вдоль берега. Далее стоит деревушка Констянтинова, а после неё, на песочном берегу, остатки старого городища, что с мытом на Песочную волость. Там, где княжеские вой поставили маленькие сторожки, рядом уже копошатся в пыли, вместе с курицей или с ягнёнком, одна, а то и две белобрысые головки.

Но год страшного татарского нашествия смёл всю жизнь, что начала зарождаться на берегах реки Москвы. Видимо, только жители Брашевы успели добежать до маленькой речушки, что сейчас зовётся Нищенкой, и на развалинах старого городища воздвигли себе новые оборонительные сооружения. Но постепенно миновало и это лихолетье. Татары широко погуляли в округе, пожгли, пограбили всё, что попадалось под руку, многих увели в полон, но до заброшенного в лесах поселенья, к счастью, не добрались. Притихли и свои князья. Народ стал постепенно возвращаться на берега реки. До следующей Дюденевой татарской рати пройдёт почти сорок лет.

На берегах реки опять застучали топоры, появились новые деревни. Возле старого Брашевского вала возникла целая слобода, с церковкой посредине. К ней потянулись окрестные смерды, как всегда считавшие, что во всех бедах виноваты одни они грешники, совершившие за свою безгрешную жизнь столько грехов. Эх ма!

Ниже Брашевы по реке поселились рыбари, далее на погосте Сорокодня, где похоронены сотни убиенных, тоже церквушка встала. Будет где помолиться за души невинно погубленных христиан. На лугах, что вдоль реки тоже две или три деревеньки встали. А между ними и дорожка набивается. Кто с торговлей едет, кто сено везёт, а то и свататься несутся во всю прыть. Течёт жизнь, течёт дорога.

А она уже и дальше потянулась. Отходит всё дальше от реки. Но виляет, упираясь то в болото, то в крутой овраг, то в густой бор. Старинный брод, которым издавна хаживали к Николе, уже кто-то за свой посчитал. Наладил дощаник, да за перевоз полушку требует. И здесь человече жизнь начал. А дальше за ручьём какой-то кузнец кричное железо нашёл. Пока гвозди да ножи куёт. Знать бронник обосновался, а где кузница, там постоялый двор нужен, ещё одно жильё ладит нужно. Это пока только со стороны реки, жизнь, а там далее пока одни леса…

«...В неделю промежу говенеи, женися князь великий Дмитреи Иванович у князя у Дмитрея у Констянтиновича у Суждальского, поя за ся дщерь его Овдотью, и бысть князю великому свадба на Коломне».

По этой дороге вёз в свой стольный город молодую жену счастливый Дмитрий, а на бронницком поле, пока подковывали лошадей, ставили столы, раскидывали шатры для отдыха молодой княжеской четы.

А затем поскакал на поле Куликово князь Дмитрий. Шумел, недоволен был страшно. Ни пешему пройти, ни конному: дороги узкие, одни овраги да буераки. Нужно прямить их. И самим чертям сиволапым по таким дорогам ездить чай не сподручно. Войско пришлось на три части делить из-за вас, сиволапых. А Шубинская дорога ещё хуже, одни стёжки. Хоть в один ряд иди.

Батогами поучили кого надо. Почали дорогу прямить. Начали появляться более дальние деревни. Княгиня Ульяна получила от мужа сельцо, названное в её честь Ульяниным. Беклемишевы поселили крестьян в новом сельце Петровом. Рядом с ним появился позднее ставший знаменитым Троицкий погост. В удельную Коломну повезли в ссылку Василия Тёмного. По ней он вернулся в Москву вновь Великим князем. И ещё не раз проезжали по нашей многострадальной дороге великие и меньшие князья. Она со временем всё более выравнивалась и приближалась к нынешней.

Побывала у нас Великая княгиня Софья Витовтовна. Волевая, сильная умом, она приобрела сельцо, ставшее по имени владелицы Софьиным, где отдыхала иногда летом. Видно нравились ей наши просторы, заливные луга за рекой, а далее тёмный сосновый бор. Своей рукой она начертала: Бронницам быть! Но это была верхняя сторона нашей дороги, до сего времени сохранились её следы. От Бронниц по нынешней Московской улице, через Велино, Кривцы, Тимонино, Софьино, Паткино, странную Дурниху, городище Круглицу и Михайловскую слободу. Всё это потом спрямилось и забылось, но это была главная Коломенская дорога.

А Дурниха странной названа потому, что дорога там была настолько дурная, овраг на овраге, болото да грязь круглый год. Вот и Дурница отсюда.

Наступило время Ивана Грозного. По всем исследовательским схемах считается, что он в 1571 году позорно бежал с берега обороны реки Оки, оставив свою армию на произвол судьбы. А если разобраться по существу? Что ему оставалось делать? Повторить судьбу своего деда Василия Темного и запросто попасть в плен. Сколько тогда пришлось выплатить выкупа за своего князя. По данным Новгородской летописи: «Ордынцы взяли на Василия Васильевича откупа целых 200 000 руб, «а иное Бог весть да они», кроме этого он привёл с собой 500 татар».

А после этого было взятие Казани, Астрахани, Сибири. И что же было бы тогда, попади Иван в плен к Давлет-Гирею. Какую цену пришлось бы заплатить? Отдавать завоёванное кровью, платить громадный выкуп. Страна была бы отброшена на целое столетие назад. Так что решение выехать самому с семьёй, взять казну, но сохранить единство страны. Решение было абсолютно справедливо. Как позднее говорилось в 1812 году: «С потерей Москвы не потеряна Россия». А по сути это было так. Москва сгорела почти полностью, а после этого пожара Давлет-Гирей всю свою орду направил на нашу Коломенскую дорогу. Трудно представить, что же осталось здесь у нас в Бронничах после этого нашествия? А сколько было нападений крымских татар Девлет-Гирея на нашу страну за 20 лет? Страна находилась в постоянном напряжении в течение всех этих лет. Известны имена наших владельцев деревень, постоянно находившихся в войсках. Такими были Алексей Давыдов, знаменитый Михайло Воротынский, Александр Яковля и много других....

Сколько за это время Иван Грозный накатал по нашей многострадальной дороге! Нападения татар почти в течение каждых двух лет. И постоянно Иван весной выезжает на берег, наряжает войска, сам проводит смотры на протяжении всего Окского берега. И иногда не один раз за лето. Воеводы местничают из-за мест. И их всех нужно угомонить, поставить на место, а это мог сделать только сам царь. Он заставляет строить города, засечные черты, при нём уже дорога приобретает почти настоящее направление, кроме разве места, когда она проходила от Никитского в направлении Давыдово. И это было потому, что здесь проходит знаменитый Чуркин овраг, Чертовка, где скрывались разбойники, и поэтому его приходилось объезжать стороной. Не был Иван трусом, как это стараются представить. Он был в первую очередь воином. Так что наша коломенская дорога истоптана копытами его коня. А уж в Бронничах он ночевал неоднократно. А не только переправлялся через Москву-реку однажды. Кроме этого, не нужно забывать, что в Бисерово, а значит и в Бронницах неоднократно бывал митрополит Фотий. У него здесь наверняка были хоромы, где можно было переночевать и царю. И как только основательно побили татар в битве при Молодях, наступило недолгое затишье. И царь издаёт указ провести, как сейчас говорят, перепись населения в 1576-77 гг. И как ни странно многие деревни живы, хотя хватает и пустошей. И люди есть, и владельцы известны. И это после страшных татарских набегов. Живёт земля, живёт дорога, живы и возвышаются Бронницы. Уже не Боршева главная, а Бронницы.

А вот что говорится о Коломне после всех татарских набегов в 1578 году: «В ней в это время было тяглых 321/2 двора жилых, на 662 пустых , стало быть впусте было 911/2 % всего посада и слобод. В Коломне оставались люди с их дворнею. В самой крепости Коломенской не было ни одного чёрного тяглового двора».

А потом начинается смутное время. Битва под Боршевой. Болотников и рязанская рать Истомы Пашкова, битва под селом Троицким. И всё это у нас. На этой дороге приходилось воевать с поляками и своими разбойничими отрядами Дмитрию Михайловичу Пожарскому.

Шубинская дорога к этому времени уже потеряла своё значение, так как она была гораздо длиннее и менее удобна. Она от современного Домодедовского (правильнее было бы Бронницкого) аэропорта направилась в сторону Бронниц, через Сельвачёво, Вишняково, Денежниково и Велино. А то, что она была неудобна, можно привести один пример: очень крутой, высокий и длинный подъём дороги у деревни Патрикеево в сторону Соколово-Хомьяново. После деревни Житнево бывшая Шубинская дорога практически нигде не оставила следов.

Игорь Чернай в своей работе о Бронницких дорогах говорил о дороге через с.Бисерово в сторону Татаринцево, Сабурово, Натальино, Митьково в сторону Троице-Лобаново. Но и от этой весьма проблематичной, в смысле её существования, практически никаких серьёзных следов не находилось уже в начале XX века. Ею пользовались как сугубо деревенской, и она имеется в натуре сейчас только от Бронниц до Бисерова, а сейчас проходит через Толмачёво, Заворово, Никулино. Так что основные потоки движения в сторону Коломны передвинулись на нашу, бывшую, Брашевскую дорогу.

Николо-Брашевский перевоз начинал дорогу в сторону Гжели и Богородска. Здесь же кончалась и Болвановская дорога, когда-то шедшая по левому берегу Москвы-реки, также из-за своей сложности по пойменным и затопляемым весной местам, не оказалась востребованной, и сейчас от неё также никаких следов в пределах бывшего Бронницкого уезда нет. Остался лишь один совсем небольшой кусочек от неё, идущий от Москвы-реки вверх до современной дороги, мимо Николо-Романи.

Но Чернай ничего не сказал о дороге через Никулино, Захарово с перевозом через Москву-реку в районе Рыболово, Захарово, вплотную подходящую к берегу реки. А здесь должен был быть перевоз, о котором никто не говорит. Здесь часть проезжающих от Марчугов, Михеева переправлялась на пароме и двигалась по Болвановской дороге, а большая часть направлялась в сторону Бронниц через Боршеву. О следах старых мостов в овраге около нынешней церкви говорил Чернай.

В Бронничах побывал царь Фёдор Алексеевич, которому понравились наши заливные луга, после чего он распорядился строить здесь «знатные кобылячьи конюшни». Их строительство сразу поставило село в разряд перспективных мест, где впоследствии должен был возникнуть город. Правительнице Софье Алексеевне тоже нравились наши места. Она неоднократно бывала в селе Софьино, где у ней был свой загородный дворец. Его остатки отыскали археологи. Были найдены изразцовые плитки от печей и каминов.

Бывал в Бронницах и царь Пётр Алексеевич, направлявшийся на строительство флота в Воронеж. Об этом рассказано в романе Алексея Толстого «Пётр Первый». Роман – это, конечно, художественное произведение, это не документ, где всё чётко написано, но вот его сподвижник Александр Меньшиков бывал в Бронницах, которые ему подарил император. И если бы Петр I не стал бы строить Петербург, то неизвестно, где бы находились Петродворец, Царское село, Екатерингоф и т.д. Они бы были у нас!

По нашей дороге, носившей название Астраханский тракт, несколько раз проезжала Екатерина II, которая ночевала в Никитском во дворце князей Куракиных. Комнату, где она отдыхала, впоследствии показывали гостям следующие хозяева усадьбы.

Наш известный земляк – краевед Н.Иванчин-Писарев, объездивший весь наш Бронницкий уезд, исколесивший его вдоль и поперёк, в истинном и переносном смысле, оставил нам столько своих замечательных записок по истории нашей земли, что ему можно и нужно поставить памятник.

Сентябрь 1812 года. Вояки Наполеона на нашей земле... Полковник русской армии Ефремов вот уже почти три часа в подзорную трубу изучал подъездные дороги и ожидал с донесениями посыльных. Донесения были самыми радужными. Неприятеля, преследовавшего их всю последнюю неделю, нигде не было. Все ближайшие вёрсты были пусты от неприятеля, а местные жители сообщали, что все вражеские преследователи направились в сторону Подольска. А в течение последних дней стычки с французскими разъездами происходили постоянно по нескольку раз на день.

Видимо, французы наконец поняли, что идущий впереди них отряд численностью штыков с пятьсот, с двумя пушками и небольшим обозом, не может представлять из себя большую армию. Разорив Бронницы, дойдя до Боршевы и Морозова, основные силы преследователей повернули к Пахре. Вот какое донесение отправил своему командованию полковник Ефремов:

«Противник прекратил преследование моего отряда. Считаю, что поставленная перед мною задача выполнена полностью. Сейчас нахожусь на высотах восточнее д.Ульянино. Дальнейший маршрут предполагаю через Поддубье, Юсупово, Семёновское с расположением в Никоновском. Этим предполагаю следить за дорогой в направлении на Малино. По вновь полученным сведениям противник расположился в с.Шубино и окрестных селениях. Ожидаю Ваших дальнейших распоряжений».

В связи с войной 1812 года следует вспомнить и нашего знаменитого земляка И.И.Лажечникова, который также немало поездил по Бронницким дорогам и оставил свои интересные записки о многих сторонах тогдашнего быта придорожных жителей. В частности, любопытные заметки о жизни обитателей Степановского поместья. Хотелось бы также вспомнить о поездке Белинского с посещением Бронниц и его впечатления о пребывании в нашем городе.

О многих известных людях, связанных с Бронницами в 19 веке, сообщалось в газете «Бронницкие новости». Так что мы не будем повторяться, а вспомним, к примеру, посещение знаменитого колхоза «Борец» нашими генсеками и первыми секретарями – Хрущёвым, Брежневым, Горбачёвым и даже Ельциным, правда, прилетевшим туда на вертолёте. Для чего он сюда прилетал? Понятно, что здесь делали до него генеральные секретари. А вот после приезда Ельцина колхоз-миллионер приказал долго жить… А вот наш главный тракт востребован сейчас даже гораздо больше, чем раньше. Вот на такой печальной и оптимистической нотах мы и хотим закончить свою историю о наших бронницких дорогах.
В.В.КОСТИН, краевед
Назад
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий