logo

Бронницкие
новости

Муниципальное учреждение
Мы в соцсетях
logo-bron
ДУХ БРОННИЦКОГО БЛАГОДЕНСТВИЯ
555
Я скучаю по старым Бронницам. По жизни той. Много нас таких. Грустим, молчим, вздыхаем, проглатываем обиды, злимся даже порой открыто, выплескивая накипевшее в соцсетях или на школьных вечерах встреч. А поговорить хочется. Глаза закрыть и пусть не вернуться туда, но хоть вспомнить. Что же там было такого, что рвётся наружу волнующими воспоминаниями и требует писать сейчас? Расскажу обо всем по порядку...

Незатейливая жизнь

Город 70­х. Садик рядом с домом, школа «красная», девятая, два километра до неё от наших Новых домов. Облака цветущих вишен по пути, одуванчики, липовый цвет... Москворечье, стадион, центр, совхоз, больница. Маленький город, уютный, все друг друга знают. «Двухэтажка» – за хлебом и молоком туда, в овощной – за яйцами. Очереди везде. Мы, дети, стояли в них часами. Выручали родителей, нам не сложно было. Песок по талонам отоваривали, по пуду тащили домой, счастливые, хозяйственные такие... Футбол у мальчиков, «магазин» у девочек. На качелях «солнышко» крутили. Тысячу оборотов делала, а мама ругалась, кричала с балкона. Поэтому крутили не в выходной, чтобы белье не вышла вешать. Мама писала список. Каждый день. Подмести, погладить, прочитать... Не дай бог не успеть к 17 часам. Они с папой придут с работы, им отдохнуть надо, не за мной же убираться!

Обедали, ужинали всегда вместе. «Спокойной ночи!» – говорили родители, гасили свет и закрывали дверь в мою комнату. Всегда в одно и то же время, в 9 вечера. Плохими оценками расстраивать маму жалко было. Учила: сидела, плакала над тетрадками, переписывала, старалась... Хотелось отцу помогать гараж строить, хоть и девочка. В две лопаты с ним огород копали, на демонстрацию ходили, на футбол. Газеты читали, спорили горячо, смеялись во весь рот, не жеманничали. Правильно все жили. И дети тоже. Сознательно. Без излишеств, жадности, зависти. Утром – бутерброд с маслом, в выходной – сыр, иногда колбаса. Курица жареная с пюре, оливье – и праздничный стол накрыт. Шпроты на новый год ели, не знали, что это сплошной холестерин.

Мишурой обшивали подолы платьев. Плиссированную юбку в клетку бабушка за рубль купила у подруги, когда та её внучке стала мала. Ходила в музыкалку только в ней. В среду на физру таскали лыжи. Портфель, сумка с нотами, сменка, лыжи с ботинками – взяла и пошла. Потом обратно. Все носили. По гололёду, в метель, в слякоть – пешком, на машинах родители нас не возили. Зачем это? Когда им? Работали 5/2. Бабушка суп грела. Приходила специально нас покормить. А если в магазин с собой брала, покупала рогалик или петушок на палочке за пятачок, а раз в месяц, с пенсии – стакан яблочного сока за 10 копеек.

Бедных не было, все работали, машины покупали, на дачи ездили, на юга – летом. Без кондиционера, в «Жигулях». «Дикарями» в палатках возле моря спать, на примусе суп варить. Счастье! Зимой снега по пояс! Дети чистили лопатами дорожки. Перед гаражом отцу я сама дорогу расчищала. Пошире старалась... Во дворах друг за другом присматривали. Знали, кто чей брат и сват, из роддома встречали пионами, на свадебный выкуп выходили всем двором – смотреть, какое платье у невесты. И повсюду запах сирени и жасмина...
 
Откуда берётся сознательность

Так мы, дети, всему научались, приспосабливались, в голову не приходило, что плохо живем, неправильно. Сильными хотели быть, смелыми, побеждать в соревнованиях, стенгазеты рисовать, руки тянуть, чтобы главную роль в школьном спектакле получить, доклад приготовить на дополнительную оценку. Всем классом – в поход в конце года, пешком, с родителями. Дежурили, стулья поднимали, тряпкой меловой кидались. В больнице навещали друзей, пекли шарлотки на сладкие ярмарки, дарили учителям гладиолусы, дружили крепко, не обижали никого.

Прежде, чем слово сказать, думать научились именно тогда. Прочитанные книги помогали. Стыдно же быть невеждой. Васек Трубачев Валентины Осеевой, Тимур и его команда Аркадия Гайдара – отважные, справедливые, порядочные, и мы такими были. Такими и выросли. Восхищаемся, если красиво. Работаем много. Лишнего не говорим, ценим дружбу, бережём малую родину, переживаем за все.
 
Как мы дружно захлебнулись

Когда отгремел школьный выпускной, кто-то приподнял стеклянную крышку нашей идеальной жизни и начал сыпать на добрые, любознательные головы цветные обертки. Мы с восторгом разворачивали их, хвалились. Джинсы «варенки», магнитофон «Sharp-555», бубль-гум – раскусили нас, простаков, быстро. Потом добили ножками Буша, «Макдональдсом», ваучерами. И закружилась у наивных граждан голова! Ничего из прошлой жизни не оставили себе, раздавили все своими руками в погоне за сникерсами. Заворожённые свободой слова, новыми телеканалами, «видаками», «полароидами», очнулись вдруг в какой-то другой, опасной стране, и не поняли даже, как разодрали, распилили наши заводы, фабрики, колхозы.

По инерции жили. Верили всем. Ждали: вот-вот все наладится, потерпим, переживём. Страшные метаморфозы происходили в Бронницах. Оскотинились слабые, пить стали, воровать. Сильные за семьи ухватились – единственная отдушина. И то сломались многие, ушли на дно жизни, утащив жён, детей, стариков своих. Все стало рушиться. Москва-река – без пристани, долгострои заброшенные, автобусы холодные, темно повсюду, грязно, страшно. Зарплату не давали месяцами, увольняли нещадно – плыви дальше сам, как хочешь.

Но пережили мои земляки горести 90-х. Выкарабкались. Встретили новое тысячелетие, встряхнулись. Дороги – будто после бомбежки, клумбы разорённые, качели раскуроченные. Нового спрута приручили – коррупцию. Каждый в его прожорливую глотку стал деньги закидывать, взращивать чудовище. А потом бегать от него, страшного. Искушений меньше не стало. Думать начали трезвее, кое-что понимать в устройстве мира и страны. Осторожнее, рассудительнее, умнее стали мои земляки. Думать о главном не переставали: что работать надо, детей воспитывать.
 
Новые Бронницы

И вот на пороге (подумать только!) двадцатый год двадцать первого века. Я иду по Советской. Машины мешают говорить – шумно в городе. Магазин – на каждом углу. Новых людей в городе больше, чем коренных. Хочется, чтобы впитали они наш бронницкий дух, отношение к жизни. Чтобы жить и говорить начистоту, но не обижать, а как дома, на кухне, собираться семейным советом, все обсуждать, по плечу похлопывать ободряюще, руку подавать, здороваться.

Есть у нас традиция не искать крайнего, а помогать сообща. Деньгами, советом, одеялом, кружкой тёплого молока. Праздновать и горевать всем городом. Мы не против новых людей и идей. Мы против плохих манер. Искренне желаем сберечь дух бронницкого благоденствия для детей и внуков. Переболеют случайно подхватившие вирус раздражительности. Утонут в желчи критики. Останется память сердечная о добром и светлом, которая осветит путь новым поколениям. Она и победит. Верю.

Юлия КИРЬЯНОВА
Назад
partners-1 partners-2 partners-3 partners-4