ЖИВЕТ И ПОМНИТ
0
Автор(ы):
1603
11 апреля – Международный день освобождения узников фашистских концлагерей. Для 90-летней пенсионерки, ветерана бронницкого здравоохранения Зинаиды Семеновны АНДРИАНОВОЙ это дата календаря по­особому значима. В 1942 году юная жительница Белгородчины после германской оккупации вместе с группой горожан была насильно угнана в Германию. Более двух лет девушке пришлось выживать в неволе: сначала каторжный труд на военном заводе, а после неудавшегося побега её, как рабыню, продали на торгах семье местных бюргеров... Только зимой 1945 года она обрела свободу, и после фильтрационного лагеря и проверки органов НКВД попала в свой родной город. О том, что довелось пережить матери в военные и послевоенные годы корреспонденту “БН” рассказала дочь пенсионерки – Алла Ивановна.
У каждого человека своя судьба и свои жизненные испытания. И так уж вышло, что Зинаиде (до замужества Рыбальченко) довелось жить в трудные для страны времена. Она родилась в октябре 1924 года в поселке (ныне город) Алексеевка. В семье было пятеро детей: два сына и три дочери. Окончив школу­семилетку, она, как и любой молодой человек, намечала свои дальнейшие планы. Но их, как и у всех советских людей, разрушила война. А летом 1942 году Белгородская область была оккупирована наступающими германскими войсками. Начался тяжкий период под немцами – со многими ограничениями, притеснениями и частыми облавами на мирных жителей. После одной из таких облав 17-летняя Зина вместе с другими задержанными попала в число молодых и физически здоровых горожан, которых готовили для отправки на принудительные работы в Германию. 
­ Как и других людей, маму под крики охранников и лай собак погрузили в “товарняк” – точнее в вагон для транспортировки скота, – рассказывает Алла Ивановна. – Условия перевозки были ужасные: невольников несколько суток не кормили и не выпускали из вагонов. Зину спасло то, что мать перед самой отправкой сумела передать ей узелок с едой. После неимоверно трудного пути в переполненном вагоне их привезли в город Кёльн, где находился большой распределительный пункт живой рабочей силы, прибывающей с востока. После прибытия всех поместили в бараки, огороженные колючей проволокой. А наутро выстроили в шеренгу перед местными немцами­покупателями, как рабов, – на продажу. Наша мама сначала попала на военный завод в городе Дюссельдорфе, где изготавливали мины и снаряды для германских войск. Там невольники с рассвета до темноты выполняли всю самую грязную, черновую работу...
Много позже, уже вернувшись в родные края, бывшая узница рассказывала своим родным, как тяжело ей пришлось на чужбине. Жили они близ военного завода, в бараках, “за колючкой”. Оттуда их каждый раз выгоняли на работу и пригоняли назад под охраной. На одежду всем остарбайтерам педантичные немцы сделали стандартные нашивки с надписью “Ost”. За недобросовестную работу и иные ослушания русских рабов охранники часто наказывали – били дубинками и лишали брюквенной баланды. Но даже в таком положении самые непокорные, как могли, пытались вредить своим хозяевам. При сборке боеприпасов подсыпали внутрь песок. Понимали, что эти мины и снаряды после отправки на фронт будут убивать своих советских солдат... А Зинаида в своем нежелании работать на врага пошла еще дальше: вместе со своей соседкой по бараку (такой же решительной, как сама) она отважилась на побег...
­ Они выбрали подходящий момент, обманули охрану, – продолжает свой рассказ о матери Алла Ивановна. – Но далеко уйти из незнакомого и враждебного к невольникам германского города девушкам не удалось. Их почти сразу поймал наряд местной полиции. После наказания беглянок отправили в Кельн на пересылку и... снова выставили на продажу. Но во второй раз, как вспоминала мама, ей сильно повезло. Её купил на торгах врач одной из городских больниц для работы в качестве няньки и домашней прислуги. У него было трое детей, а жена тяжело болела. Новые хозяева, судя по воспоминаниям, относились к девушке неплохо. Хотя требовали порядка, аккуратности и педантичности во всем. Она убирала в доме, мыла посуду, ухаживала за детьми. А в дальнейшем доктор, присмотревшись к новой русской прислуге, даже стал отправлять её за продуктами в магазин. Надо сказать, приспособиться к жизни в чужой семье маме помогла природная аккуратность и чистоплотность. Немцы сумели это по достоинству оценить и в чем­то даже доверяли ей. А во время разрушительных бомбардировок Кельна британской и американской авиацией сердобольная мама всякий раз помогала семье врача вовремя спрятаться от авианалетов в ближайшем бомбоубежище или окрестном лесу.
Так проходили дни, недели и месяцы на чужбине. А война между тем все ближе подходила к границам рейха. По мере приближения Красной Армии и союзнических войск менялось отношение немцев и к русским невольникам. Зинаида могла уже свободно передвигаться по городу и, как все её земляки, с нетерпением ждала прихода советских войск. Но, как известно, Кельн в марте 1945 года заняли американские войска, а в дальнейшем город вошел в британскую оккупационную зону. Так что после освобождения от немцев многим оказавшимся здесь остарбайтерам стали предлагать не возвращаться в СССР, а остаться жить на Западе. Кто­то так и поступил... А 20­летняя Зинаида настойчиво стремилась на Родину. Но законы войны суровы: девушке, как и многим другим её землякам, прежде пришлось пройти через фильтрационный лагерь. Даже в то нелегкое время молодые люди совершали поступки, свойственные их возрасту. Именно здесь, в лагере, Зинаида познакомилась со своим будущим мужем Иваном Андриановым.
­ История моего отца в чем­то еще более драматична, – продолжает моя собеседница. – Он служил в Красной Армии, в одной из воинских частей на Украине. Во время германского нападения находился в летних лагерях, в числе первых попал под бомбежку и получил ранение. Его в тяжелом состоянии подобрала одна из местных женщин, выходила и выдала за своего родственника. А задержали его немцы уже в гражданской одежде и вместе с другими отправили на работу в Германию. И попал отец не в лагерь для военнопленных, а тоже, как остарбайтер, работал у немецкого хозяина разнорабочим до самого освобождения. Так далеко на чужбине, в фильтрационном лагере, судьба свела двух молодых людей, которые потом, вернувшись после всех мытарств на родину, стали переписываться, а после мама переехала к Ивану Николаевичу в Нижнее Велино. Там они прожили в любви и согласии многие годы. К слову, папа был одним из пяти ушедших на фронт братьев Андриановых, которых хорошо знают в Бронницах. Конечно, и его, и маму органы НКВД основательно проверяли и после возвращения в родные места. Но в конце концов оба получили разрешения на жительство и работу...
В послевоенные годы Зинаида Семеновна трудилась и учетчицей на колхозной ферме, и няней в детском санатории на Марьинке, и в Раменском промкомбинате. Но самая продолжительная часть её трудовой биографии – это работа в Бронницкой больнице. Устроившись сюда простой санитаркой в 1958 году, она достойно проявила себя, и в дальнейшем была назначена на более ответственную должность сестры­хозяйки родильного отделения. О том, какой добросовестной и ответственной работницей нашей больницы была Зинаида Андрианова, убедительно свидетельствуют записи о поощрениях и награждениях в её трудовой книжке. В настоящее время она уже давно на заслуженном отдыхе и проживает в Нижнем Велино. Тяжело пережила Зинаида Семеновна уход мужа, который несмотря на выпавшие на его долю испытания, после Победы еще успел повоевать с японскими милитаристами на Дальнем Востоке. А вернувшись, немало поработал на разных предприятиях и умер в 1995 году. Но долгожительница не чувствует себя одинокой: её навещает заботливая дочь, которая, к слову, тоже многие годы проработала на бронницких предприятиях.
В апреле, когда у нас в стране отмечается Международный день освобождения узников фашистских концлагерей, Зинаида Семеновна, наверное, вспомнит не только своего покойного мужа, но и старшего брата – Александра Рыбальченко, который попал в германский плен раненым красноармейцем. И ему довелось уже в полной мере пережить весь ужас нацистских шталагов и концлагерей. Он, чудом выживший после расстрела, несмотря ни что, не сломался, сумел остаться человеком, дожил до 80 лет и воспитал потомство. Вот такая необычная и нелегкая судьба за плечами у обычной с виду пенсионерки, её мужа и брата. Как и все, пережившие немецкую неволю, она, пожалуй, лучше других знает цену Великой Победы в 1945 году. Знает потому, что помнит.
Воспоминания записал Валерий ДЕМИН
Фото из архива семьи Андриановых
Назад
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий