Семеновский родник (серия "МЫ – КУЗНЕЦЫ!")
  •  центре в тюбетейке и с котенком – это я, слева – тетушка Любовь Андреевна, а справа – бабушка Прасковья Ивановна
    центре в тюбетейке и с котенком – это я, слева – тетушка Любовь Андреевна, а справа – бабушка Прасковья Ивановна
154
«БН» продолжают публикацию серии маленьких рассказов-размышлений нашего внештатного автора о прошлом и настоящем, которые объединены одним большим общим смыслом. В этом номере представляем нашим читателям рассказ пятый. Но сначала несколько слов о ранее опубликованных.

Совершенно неожиданное продолжение получил рассказ «Здесь русский дух», в котором шла речь о моих дядьях: двух родных и одном двоюродном. Оказывается, помнят их люди! Хоть и немного местных жителей осталось в селе Семеновском, где проживали Михаил Андреевич и Виктор Андреевич Кузнецовы со своими семьями, а Виктор Матвеевич Кузнецов часто приезжал из села Степановского к родным и к своему другу Петру Ивановичу Зимину. Помнят люди и супругу Виктора Андреевича – Галину Андреевну, которая в шестидесятые годы прошлого века работала учительницей начальных классов в сельской школе.

И еще, надо сказать, что «Бронницкие новости» читают не только в самом городе, но и в окрестных селах. И вскоре, после выхода газеты 2 августа, в селе Семеновском произошла одна примечательная встреча, и появился этот рассказ.

Семеновский родник
Бронницкая водопроводная вода имеет одну особенность – после ее кипячения образуется известковый осадок. Видимо, связано это с теми природными пластами, через которые проходит вода прежде чем попасть к нам в трубы.

Именно по этой причине у моего деда Михаила Александровича часто выходили из строя самовары. На внутренних стенках самовара со временем образовывался толстый слой накипи, и, чтобы вскипятить воду в таком самоваре, требовалось большое количество дров.

К тому моменту, как по Комсомольскому переулку проложили газопровод, у деда на чердаке скопилось пять или шесть самоваров. Но и с чайниками дела обстояли не лучшим образом, ведь за водой все равно приходилось ходить на колонку.

С тех пор много водопроводной воды утекло, но ситуация коренным образом не поменялась. Народ по-разному решает эту проблему. Кто-то покупает воду, кто-то берет воду в колодцах и родниках.

Я же приспособился брать воду из родника в селе Семеновском. Водичка эта мне знакома с детства. Еще в пяти-шестилетнем возрасте, когда я гостил у бабушки Прасковьи Ивановны, мы с ней ходили к речке за водой. Бабушкин колодец трудно было заметить среди высокой травы и осоки. Сначала мне было непривычно, ведь на Речном переулке в Бронницах, где мы проживали в то время, мы брали воду в глубоком колодце, сделанном из бетонных колец, верх которого был обустроен в виде «домика». Внутри «домика» вращалось бревно с цепью, к которой было прикреплено ведро.

У бабушки в Семеновском колодец состоял из деревянной бочки без дна, врытой в землю, а верх бочки накрывался дощатой крышкой. Вот и вся премудрость. Иногда в этой бочке можно было увидеть маленьких лягушат. Это меня очень забавляло, и я спрашивал у бабушки:

– А что в этой бочке делают лягушата?

– Лягушата здесь от жары прячутся, – отвечала бабушка.

И действительно, вода в бочке-колодце была намного холоднее, чем в речке, текущей в пяти метрах. Дальше бабушка терпеливо мне объясняла:

– Здесь из земли бьет родник, поэтому и вода такая холодная. Вот посмотри, на дне песок шевелится. Это как раз вода сквозь него просачивается…

Яркие эпизоды детства на всю жизнь остались в памяти. Помню, у бабушки на печи подсушивались вишня и тертая морковь. И мне, как теперь говорят, по-приколу было стянуть горсть вишен или щепотку подвяленной моркови. Сушеную морковь бабушка засыпала в заварной чайник и заливала кипятком. Этот напиток она называла «лиссабонским чаем». Название напитка и сам напиток мне казались странными, поэтому и запомнились. Помню и то, как бегал купаться на речку к плотине. Летом там всегда было шумно от ребячьего крика.

А еще у бабушки были куры, гуси и овцы. Гусиные яйца мне тогда казались огромными. В селе было много хозяйств, которые содержали всякую живность…

Память, память – это она вернула меня к событиям более полувековой давности...

Но и сегодня вдоль села Семеновского бежит речка Ольховка, которую питают родники, выходящие на поверхность. Примерно в том месте, где у бабушки был колодец-бочка, современные дачники оборудовали капитальный колодец и … повесили на него замок. Захочешь в жару водички испить из этого колодца – не получится.

Но, буквально в 150-200 метрах – ближе к плотине другие люди оборудовали колодец, на первый взгляд красотой, изяществом и капитальностью не отличающийся, да только по своей функциональности и пользе в разы превосходящий тот капитальный под замком!

Люди сделали этот, казалось бы, простенький колодец и для себя, и для других. За несколько лет, что существует колодец, здесь устоялись свои обычаи и правила. Но важно другое, что любой может прийти и набрать здесь воды. Запрета нет! Есть единственное ограничение – вода не так быстро набирается в колодце, особенно в жаркие летние дни, когда много желающих набрать вкусной родниковой воды. Зато вода здесь всегда свежая, не застоявшаяся!

А то, что вода здесь вкусная, знают не только семеновские дачники, но и жители других дачных поселений. Поэтому иногда, чтобы набрать водицы, приходится низко поклониться этому колодцу, а заодно и тем людям, которые его сделали.

Каждый раз, когда я возвращаюсь из села в город, то обязательно набираю несколько «баклажек» (так я называю пластиковые бутыли) этой родниковой воды, вкус которой знаком мне с детства.

И вот недавно я привычно остановился у плотины и пошел набирать воду. Воды беру столько, чтобы хватило на неделю. За это время вода не теряет свой вкус и не зеленеет. Правда, стоять она может и дольше.

Набрав воды, возвращаюсь с «баклажками» к машине. Навстречу мне за водой идут две женщины с маленькой девочкой. Одна из них, что постарше, сердито так говорит:

– Вы нам-то хоть воды оставили? А то мы, местные жители, никак воды набрать не можем.

Я уже понял, кто были эти женщины, и ответил:

– Всю воду «кузнецы» выпили!

Женщина на меня внимательно посмотрела и говорит:

– Андрей, ты? Не признала тебя сразу.

А я уже стал оправдываться:

– Уж больно вода эта вкусная и кипятится без осадка. А вам сейчас самая свежая «набежит».

– Да, – соглашается она. – Вкусная наша вода, поэтому и сделали здесь колодец. Целый сход собирали, стариков опрашивали. Некоторых строителей нет уже на этом свете, а колодец – вот он. Да, и прочитала я твой рассказ в газете. Читаю и чувствую что-то родное и близкое. А потом поняла, что это про наших односельчан написано.

Здесь нужно сделать небольшое отступление и пояснить: кто же эта женщина, с кем я вел диалог. Зовут ее Александра Александровна. Мой дядя Михаил Андреевич был женат на родной сестре ее отца. Вот такие бывают хитросплетения родственных связей.

У нас не было времени обстоятельно поговорить с Александрой Александровной об устроителях этого колодца. Кто были эти люди? Кому первому пришла эта идея? Возможно, ее воспоминания когда-то «лягут на бумагу», и мы узнаем о других жителях этого замечательного села Семеновского, где есть родник с вкусной водой, оборудованный людьми и для людей.
Андрей КУЗНЕЦОВ
Назад