Бронницкие НОВОСТИ

В будущем году ветерану Вооруженных Сил СССР и 21 НИИИ, кадровому офицеру-фронтовику, участнику Великой Отечественной войны, орденоносцу, почетному гражданину Бронниц Семену Алексеевичу РУЧЬЕВУ исполнилось бы сто лет. Старожилы помнят его и как депутата Бронницкого горсовета нескольких созывов, беспокойного и деятельного председателя комиссии по жилищному хозяйству и бытовому обслуживанию, как активного участника многих общегородских общественных мероприятий. Жаль только, что обстоятельно рассказать об этом достойном человеке, отличном производственнике и специалисте с военной закалкой не смог уже никто из ныне живущих старожилов: прошли десятилетия со времени его работы в институте и депутатства в горсовете, очень многое стерлось в памяти. Осложнял процесс подготовки этой статьи и тот факт, что у супругов Ручьевых не было детей – главных хранителей семейной родословной. В этой связи редакция очень благодарна всем, кто помогал в поиске информации об этом почетном гражданине. Особенно его племяннице Валентине Васильевне (по мужу Зверевой) за предоставленные сведения о своем родственнике и фотографии 50-70-х годов, которые дают читателям представление о его жизни и деятельности. 

- Родился мой дядя 17 января 1917 г. в д.Леонтьевская Чадромского сельсовета Устьянского района Архангельской области, – начала свой рассказ Валентина Васильевна. – Он был вторым ребенком в многодетной крестьянской семье. Ручьевы, как и все деревенские жители, кормились своим домашним хозяйством, а их дети сызмальства были приучены к труду на земле. Отец будущего почетного бронничанина и мой дед – Алексей Лаврентьевич Ручьев работал в сельском хозяйстве. В 1939 г. он был мобилизован в Красную Армию, участвовал в финской военной кампании, имел боевые награды. Умер в 1969 г. А дядина мама (моя бабушка) – Ольга Евдокимовна всю свою жизнь была домохозяйкой. Умерла на пять лет позже мужа. У Ручьевых было семеро детей – четыре брата и три сестры. Ныне уже никого нет на этом свете. Самый старший брат – Григорий, участник ВОВ, судя по воспоминаниям родных, в самом начале войны погиб в ходе боев под Ленинградом, похоронен на Пискарёвском мемориальном кладбище. Образование у моего дяди, как написано в анкетах, – общее среднее плюс три курса рабфака. После школы он, как мне известно, поступил на бухгалтерские курсы в Архангельске. А после их окончания несколько лет работал по этой специальности на одном из предприятий областного центра и проживал там на Поморской улице... 

В феврале 1938 г. в книге жизни молодого парня из северной глубинки начались беспокойные армейские страницы: Устьянский райвоенкомат Архангельской области призвал 21-летнего Семена в ряды Красной Армии. Перспективного (по тогдашнему уровню образования) молодого человека направили на учебу – в Борисоглебское танко-техническое училище, которое Семен успешно завершил и получил специальность – военный техник. А с декабря 1939 г. по февраль 1940 г., ему, как и мобилизованному в то же время отцу, довелось участвовать в боевых действиях с финскими войсками на Северном фронте. После завершения этой неудачной и кровопролитной для Красной Армии военной кампании Ручьева направили на службу в танковый полк в г.Наро-Фоминск, где он находился вплоть до начала германского нападения на СССР. 

Отмечу, что часть сведений об армейской биографии и боевом пути почетного гражданина нашего города С.А.Ручьева имеется в Книге Памяти «Солдаты Победы города Бронницы». Можно добавить к ним и то, что, по информации, размещенной на армейских Интернет-сайтах, часть военной службы молодого офицера прошла в составе 236-й отдельной танковой бригады, которая особо отличилась в боевых действиях с немецко-фашистскими захватчиками в первые полтора военных года на Западном и других фронтах. В частности это танковое подразделение участвовало в, пожалуй, самой кровопролитной для советских войск Ржевско-Сычёвской операции. В дальнейшем, судя по документам, этой прославленной в боях Краснознаменной ордена Суворова гвардейской бригаде за успешные боевые действия на 1-м Украинском фронте было присвоено звание Невельской. 

С октября 1942 г. Ручьев в звании лейтенанта и в должности заместителя командира подразделения по технической части служил в составе 4-й танковой армии. Вместе с этой армией (второго формирования) офицер-танкист прошел большой и трудный боевой путь. Сначала – на Калининском фронте, где воевал помощником командира роты по техчасти. Судя по всему, броневое хозяйство роты он всегда содержал в образцовом порядке. Военная техника всегда находилась в полной боевой готовности и никогда не подводила экипажи в схватках с фашистами. 

За свои фронтовые заслуги в этот период Ручьев получил заслуженную боевую награду – первый орден Красной Звезды и очередное воинское звание – старший лейтенант. После армейские танкисты отличились в ходе оборонительных и наступательных операций на Сталинградском, Брянском и 1-м Украинском фронтах. В дальнейшем офицер участвовал в боевых действиях по освобождения территории России, Украины, Польши, Чехословакии от фашистских захватчиков, в овладении укрепленными городами Германии и штурме и взятии Берлина. 

К примеру, в ходе Проскуровско-Черновицкой наступательной операции 4-я танковая армия в составе фронта, продвигаясь с боями в условиях весенней распутицы, бездорожья и разлива рек, нанесла противнику поражение, освободила свыше 400 населенных пунктов и к середине апреля вышла к предгорьям Карпат. Участвуя в Львовско-Сандомирской операции, танкисты в сложной обстановке развивая наступление в направлении гг. Золочев, Ольшаницы во взаимодействии с соединениями 3-й гвардейской танковой армии, 60-й и 38-й армиями после ожесточенных боев освободили г.Львов. В последующем, преследуя отходившие немецкие войска, вступили на территорию Польши и во взаимодействии с другими армиями фронта вели бои по удержанию и расширению Сандомирского плацдарма. За мужество и доблесть, проявленные в боях за освобождение Западной Украины, капитан Ручьев был награжден вторым боевым орденом Красной Звезды. 

Важно отметить и такой важный штрих в фронтовой биографии почетного бронничанина. В первый, самый трудный для страны и армии военный год, молодой танкист добровольно вступил в ряды ВКП(б). Сделал он это по собственному твердому убеждению, хотя партийность на передовой не давала никаких особых преимуществ. Она лишь обязывала офицера-коммуниста показывать образцовое отношение к своему воинскому долгу. И после Победы над Германией Семен Алексеевич, многие годы работая в «оборонке», добросовестно выполнял все партийные поручения. Причем, в своих убеждениях партиец-фронтовик в дальнейшем, несмотря ни на что, не разочаровался. И неформально состоял в компартии до самого её запрета и гонений в начале 90-х... 

На передовой никто не застрахован от вражеских бомб, снарядов и пуль. Мало кому из состава экипажей удавалось избежать ранения. Не уберегла фронтовая судьба и Ручьева. В одном из боев молодой офицер был тяжело ранен. Немецкая пуля во время внезапного обстрела позиций танкистов, как позже он сам рассказывал одному из своих братьев, прошла рядом с сердцем, но при этом насквозь пробила легкое. Захлебываясь кровью, он упал, как подкошенный и остался лежать среди убитых. Спасли его чудом – кто-то из санитаров определил, что капитан остался живым: на его лице еще таяли снежинки... После Ручьев долго лечился в эвакогоспитале, а эта рана в дальнейшем сильно сказалась на состоянии его здоровья и сократила его жизненный путь. 

К концу Великой Отечественной войны боевой офицер танковых вой­ск дослужился до воинского звания майора и во второй половине сороковых занимал должность заместителя командира танкового дивизиона по технической части. Надо сказать, что военные заслуги Семена Алексеевича были по достоинству отмечены государством. За воинскую доблесть, высокие профессиональные качества, проявленные в деле поддержания боевой техники в исправном состоянии во время боевых действий с немецко-фашистскими войсками С.А.Ручьев был награжден боевыми орденами и медалями СССР. Это орден Отечественной войны II степени, два ордена Красной Звезды, медали: «За боевые заслуги», «За взятие Берлина», «За освобождение Праги». 

Безусловно, даже если судить по общим сведениям, размещенным в городской Книге Памяти, фронтовой этап биографии Ручьева – наиболее яркий и насыщенный в его биографии. Но рассказать о нем подробно, со всеми важными эпизодами, в настоящее время довольно проблематично. Дело в том, что, как и многие настоящие, побывавшие в передрягах фронтовики, Семен Алексеевич в мирный послевоенный период не любил вспоминать о войне, не оставил письменных воспоминаний, никогда не рассказывал домашним о своем боевом пути, не делился с ними подробностями нелегкого фронтового быта. Так что моя собеседница мало что слышала от него о военных буднях танкистов, об участии его подразделения в крупных сражениях Великой Отечественной. И соответственно мало что могла рассказать автору этой статьи.

После окончания войны майор Ручьев продолжил офицерскую службу в Вооруженных Силах СССР. В 1946-1947 гг., судя по воспоминаниям родных, он несколько лет служил в составе группировки советских войск в Польской Народной Республике. А после заграничного периода начался самый долгий и значимый для него, будущего почетного бронничанина, этап – служба и работа в нашем городе. А еще именно в это время случилось особо памятное и по-своему этапное событие в его личной жизни – 1 апреля 1947 г. Семен Алексеевич стал женатым человеком. Бронницкий ЗАГС зарегистрировал брак 30-летнего офицера с 24-летней Еленой Мурашовой. К слову, молодые познакомились еще до германского нападения на СССР. Будущая жена провожала своего избранника на фронт и дождалась его возвращения после Победы. Отмечу, что Елена Гавриловна – коренная жительница бывшего Бронницкого района, получив два образования по специальностям врача-биохимика и ветеринара, многие годы трудилась в клинико-диагностической лаборатории нашей городской больницы. 

Забегая вперед, скажем: судя по воспоминаниям друзей и знакомых, супруги Ручьевы прожили в ладу и согласии многие годы. Причем, Семен Алексеевич после демобилизации помогал жене во всех домашних делах. Оба были общительными, располагающими к себе и доброжелательными людьми. Вот только потомства у них, к сожалению, не было. Может быть, поэтому они всегда очень хорошо относились к чужим детям. К примеру, Ручьевы, часто бывая на родине Семена Алексеевича, не раз гостили в семье его младшего брата Василия. Всегда привозили его детишкам подарки, по-своему заботились о них. И со временем по-хорошему привязались ко всем троим дочерям брата. Особенно полюбили младшую – Валентину, которая, повзрослев, в дальнейшем приехав в Подмосковье и поступив на учебу в столичный Перловский кооперативный техникум, подолгу жила у супругов, можно сказать, на правах родной дочери. 

Как известно, армейская жизнь офицера, его местонахождение и характер деятельности всецело зависят от приказов вышестоящего начальства. В 1952 г. майор Ручьев, судя по воспоминаниям родных, был направлен на службу в Туркестанский военный округ и не один год добросовестно служил в одной из воинских частей близ г.Казанджик на территории тогдашней Туркменской ССР. К сожалению, военный билет Семена Алексеевича нам найти не удалось. Поэтому подробных и точных сведений об этом периоде армейской службы Ручьева моя собеседница, к сожалению, представить не смогла. А вот о том, когда завершилась у дяди офицерская биография, его племянница рассказала следующее. В октябре 1960 г. 43-летний офицер, еще способный исправно служить, как и многие в то время, был досрочно уволен из рядов Советской Армии в звании майора запаса. 

Произошло это в период масштабного хрущевского сокращения численности наших Вооруженных Сил, заставившего сменить род занятий очень многих кадровых советских военных. В то время из армии и флота, судя по обнародованным сведениям, были уволены до 1 миллиона 300 тысяч солдат и офицеров. Это почти треть от общей численности всех военнослужащих в СССР к тому времени. После вынужденной демобилизации Семен Алексеевич вернулся в Бронницы и, что вполне закономерно, пошел уже в качестве вольнонаемного в оборонный 21 НИИИ и работал в подразделениях института на различных должностях. И, забегая вперед, отметим, что отставной майор был всегда на хорошем счету. Его служба и работа в послевоенный период также были отмечены государственными наградами. С.А.Ручьева, как и многих участников ВОВ, наградили юбилейным орденом Отечественной войны I степени, медалью «За боевые заслуги», «Ветеран труда» и еще 10-ю юбилейными медалями. 

- Дядя, несмотря на жизненные испытания, оставался спокойным, рассудительным, сдержанным в суждениях и совершенно неконфликтным человеком, – продолжает свой рассказ племянница почетного гражданина Валентина Васильевна. – Мне никогда не доводилось слышать, чтобы он на кого-нибудь повысил голос, кому-то грубо ответил и т.п. Семен Алексеевич умел находить общий язык с любым человеком. Он вообще быстро сходился с людьми. С ним было легко общаться на любые темы. Это очень помогало ему и как специалисту оборонного института и как народному депутату, который часто встречался со своими избирателями. Друзей и приятелей у Семена Алексеевича было немало. В том числе среди известных и авторитетных горожан. Он, к слову, многие годы дружил с председателем исполкома Л.И.Шестаковым. Оба они родом «из архангельских земель», оба – кадровые офицеры, которым пришлось вынужденно и досрочно уйти «на гражданку». Дружеские отношения сложились у Семена Алексеевича и с директором Бронницкой швейно-галантерейной фабрики А.П.Антоновым, с которым вместе служили в Польше... Мой дядя вообще любил посидеть и поговорить за жизнь в мужских компаниях. Но к своей чести: выпивал всегда в меру и ни с кем не ссорился. Более того, дядя умел по-доброму пошутить, причем, природное чувство юмора помогало ему бесконфликтно общаться и легче преодолевать житейские проблемы. А еще он был большим книголюбом, с годами собрал дома большую библиотеку, предпочитал серьезные издания – классику, историческую и военную литературу. Но, вот беда: в молодости много курил, а это вкупе с последствиями фронтового ранения заметно сказывалось на его самочувствии... 

Судя по сведениям, которые предоставило нашей редакции отделение кадров и строевого состава НИИЦ АТ 3 ЦНИИ Минобороны России, С.А.Ручьев трудился в подразделениях института на следующих должностях. С 21 февраля 1961 г. он более двух лет работал в военной части № 63539 (21 НИИИ) в должности начальника музея автобазы. Несмотря на то, что характер его деятельности в это время был достаточно спокойным, вчерашний офицер выполнял свои обязанности с прежней ответственностью. К любой работе после демобилизации из Вооруженных Сил Семен Алексеевич, как вспоминают его сослуживцы, относился так же добросовестно, как прежде к армейской службе. Правда, всё время хотел чего-то более значимого и ответственного, связанного с военной техникой... В августе 1963 г., как видно из кадровой справки, он по своей личной просьбе был переведен на должность старшего инженера по ремонту оборудования в лабораторно-технический отдел. Несомненно, что работа по близкому профилю, каждодневное общение с офицерами-сотрудниками тогдашнего 21 НИИИ наполнило быт майора запаса новым смыслом и содержанием. Вот как вспоминает тот давний период один из тогдашних работников бронницкой оборонки. 

- В институт я пришел работать в 1963 г., – рассказывает ветеран 21 НИИИ, водитель с многолетним стажем Н.А.Федоров. – Тогда и познакомился с Семеном Алексеевичем, который работал в ПРМ – это ремонтная мастерская, обслуживающая нашу автомобильную технику. Она находилась на выезде из Бронниц, на территории «Сельхозтехники». Там в то время работало 45 человек, а руководителем мастерской был капитан В.В.Дурницын. Ручьев считался его «правой рукой» – старшим инженером. Он занимался ведением всей необходимой документации, сам выписывал наряды-задания, ежедневно контролировал ход работ в мастерской. В коллективе его знали и уважали не только как хорошего руководителя, но и как активного депутата Бронницкого горсовета многих созывов. Ведь именно мы, работники 21 НИИИ, давали Ручьеву наши избирательские наказы, а он их последовательно выполнял. Кроме того, он как народный избранник, авторитетный человек, орденоносец, участник ВОВ часто участвовал в торжественной регистрации городских новобрачных, часто сидел в президиумах собраний... Семен Алексеевич всегда общался и со своими подчиненными, и с другими людьми только по-доброму – без грубостей, упреков и ругани. Но при этом в мастерской всегда был порядок и нормальная рабочая обстановка. А еще помню Ручьева как интересного и много знающего собеседника. Мне довелось с ним много общаться во время нашей двухнедельной поездки по ленинским местам, которую мы совершили на автобусе в составе туристической группы. И в процессе общения мне стало понятно, какой богатый жизненный опыт у моего собеседника, как хорошо он разбирается в людях... 

С 1 мая 1966 г. Ручьев был назначен старшим диспетчером 12-го отдела института. Отдел занимался испытанием серийных образцов техники, и он должен был контролировать и постоянно координировать график испытаний. С этими новыми обязанностями Ручьев как опытный специалист вполне справлялся. И умел плодотворно совмещать повседневную работу с многогранной, в том числе депутатской, общественной деятельностью. К слову, 60-70-е годы для Семена Алексеевича были особенно содержательными. Как работник 21 НИИИ, депутат горсовета он вместе с другими участниками ВОВ принимал самое активное участие в очень важном для бронницких ветеранов деле – в изготовлении и установке памятника-­обелиска на площади им.Тимофеева. Наряду с деятельностью тогдашнего руководства исполкома, горсовета и ветеранской организации, есть и его скромный депутатский вклад в этом историческом для Бронниц событии. Как известно, 9 мая 1965 г. при большом стечении жителей города состоялась торжественная церемония открытия памятника. Как вспоминали старожилы, этот День Победы стал, пожалуй, одним из самых памятных и волнующих для всех жителей. Ведь память воинов-бронничан общими усилиями была достойно увековечена. 

С декабря 1970 г. произошла новая перемена в характере трудовой деятельности Семена Алексеевича. Его перевели на достаточно хлопотную должность старшего техника контрольно-испытательной трассы тогдашнего 21 НИИИ. Испытания различных образцов военной техники в то время велись регулярно, по плану-графику, утвержденному командованием. Ручьеву по его должности необходимо было постоянно следить за тем, чтобы все испытуемые машины выезжали на трассу в точно установленные сроки и в надлежащем состоянии. Судя по отзывам сослуживцев, и здесь он исправно выполнял все свои обязанности: его участок работы нареканий от вышестоящего начальства никогда не имел. Кроме того, старший техник, как и в предыдущий период, постоянно участвовал во многих городских общественных мероприятиях. Особенно активно он проявлял себя как депутат горсовета, где он не один год был деятельным председателем постоянной депутатской комиссии по жилищному хозяйству и бытовому обслуживанию. 

Несомненно, это направление работы народных избранников было, пожалуй, одним из самых проблемных и хлопотных. Ведь жилища и повседневный быт бронничан, качество обслуживания в то время были далеки даже от скромных советских стандартов благополучия. Но, как бы то ни было, членам комиссии в меру своих возможностей приходилась искать и находить варианты решения разных житейских проблем, с которыми к ним нередко приходили горожане. Здесь депутату горсовета помогали не только содействие руководства города, но и его личные деловые качества, фронтовая закалка, умение выслушать любого посетителя, пришедшего на прием, настойчиво добиваться должного результата в любом деле. И многолетняя плодотворная деятельность, весомые заслуги ветерана перед горожанами не остались незамеченными. По решению исполкома Бронницкого городского Совета депутатов трудящихся за №492 от 30 ноября 1972 г. С.А.Ручьеву было присвоено звание «Почетный гражданин города Бронницы». 

 Из 21 НИИИ 67-летний Семен Алексеевич уволился в марте 1984 г. в порядке перевода в войсковую часть № 10038 (одно из отдельных подразделений оборонного института) и продолжал там работать до самой болезни. И пока были силы, участвовал в общественных делах, в мероприятиях городского Совета ветеранов... Смертельный недуг пенсионера стал трагедией для близких и всех, кто хорошо знал и ценил Ручьева. Умер Семен Алексеевич 10 марта 1994 г. после тяжелой болезни, не дожив год с небольшим до 50-летия Великой Победы. Жена пережила его на 17 лет и скончалась в июне 2011 г. Похоронены супруги рядом, на городском кладбище... Там заметно прибавилось могил бронничан, родившихся в первые десятилетия прошлого века. В городе с каждым годом все меньше представителей уходящего в историю поколения победителей. Но, даже уходя в мир иной, они всё равно остаются с нами. Остаются во всем, что нам памятно, близко и дорого.

Воспоминания записал Валерий ДЕМИН