Бронницкие НОВОСТИ

Печальные юбилеи отмечают в этом году потомки одного из бронницких “мальчишек сороковых” – выпускника “красной” школы 1940 года, участника ВОВ, офицера-танкиста Василия Сергеевича ПЕЧАЛИНА. Исполняется 90 лет со дня его рождения и 70 – со дня героической гибели в ходе боев на Курской дуге. А в следующем году будет такая же трагическая дата со дня смерти от ран дяди героя – летчика Александра Ивановича ПЕЧАЛИНА, тоже выпускника “красной”. Фотоснимками и сведениями о павших воинах с нами поделилась их родственница – бронницкая пенсионерка Пелагея Григорьевна ПЕЧАЛИНА.

Моя 80-летняя собеседница, жена младшего брата Василия – Алексея Сергеевича, прожившая в Бронницах вместе с мужем многие десятилетия, хорошо известна всем городским старожилам. И сама Пелагея Григорьевна знает о воинской родословной Печалиных не понаслышке: в свое время помогала мужу отправлять запросы о погибших на фронте родных в военные архивы. Кстати, о Василии и его школьных учителях уже говорилось в одной из наших публикаций 2010 года. После окончания десятилетки выпускник “красной”, сразу выбрав свой жизненный путь, уехал в г.Ульяновск. Там поступил в танковое училище (в дальнейшем – Ульяновское гвардейское высшее танковое командное, дважды Краснознамeнное, ордена Красной Звезды училище им. В.И.Ленина).

На этом армейском снимке 40-х годов Василий в курсантской форме. На петлицах – эмблема УТУ. Забегая вперед, скажу, что выпускники этого училища, командуя боевыми машинами, отважно сражались на многих фронтах Великой Отечественной. Быстро перестроившись на военный лад, Ульяновское училище уже к зиме первого года войны стало одной из крупнейших кузниц командных кадров для бронетанковых и механизированных войск РККА. На завершающем этапе войны именно этому училищу, как одному из лучших, была поручена подготовка командиров тяжeлых танков ИС-2 для укомплектования гвардейских танковых частей. За время ВОВ училище сделало 45 выпусков, подготовив для фронта 8924 боевых офицера-танкиста.

Окончив УТУ в 1941-м, лейтенант Печалин, как и все курсанты-выпускники, сразу попал в действующую армию, на передовую. Именно в это самое трудное для страны время вышел приказ народного комиссара обороны И.В.Сталина о формировании отдельных танковых бригад (отбр). Лейтенант Печалин попал в 17-ю отбр. Там, судя по сведениям в Книге Памяти “Солдаты Победы г.Бронницы”, 18-летний командир танка Т-34 начал свой боевой путь. Однако, в справке, присланной в ответ на послевоенные запросы родных, написано, что лейтенант В.С.Печалин служил в 17-м отдельном танковом полку, входившем в состав 10-й механизированной бригады. Впрочем, разница в сведениях, как убедился автор этих строк, не меняет главного. Оба этих подразделения, судя по опубликованным данным, входили в состав легендарной 1-й танковой армии генерал-лейтенанта М.Е.Катукова, действовавшей на Воронежском фронте.

О том, как воевал бронницкий танкист, о чем писал домашним с фронта, моя собеседница слышала от мужа, который сам читал письма-треугольники старшего брата с передовой. Жаль, не удалось их сохранить до наших дней… В мае 1943-го Василий прислал домой последнюю весточку, где сообщил, что им предстоят тяжелые бои. Наш земляк попал в самую стремнину битвы на Курской дуге. Она, как известно, продолжалась с 5 июля по 23 августа, а еe исход позволил нашим войскам перейти в контрнаступление и в итоге решил исход Второй мировой. У германского командования эта операция называлась “Цитадель”. В ходе нее планировалось нанести мощные удары от Белгорода и Орла к Курску. Начались бои 6 июля близ с.Покровка. А в следующие дни танковые баталии развернулись от Березовки до Рождественки. Там в ходе самых кровопролитных схваток с отборными частями СС и оборвалась жизнь Василия. 8 июля во время боя в результате прямого попадания снаряда под башню танк лейтенанта Печалина вспыхнул, как свеча... Командир сгорел вместе со всем экипажем...

Уже после боев останки воинов-танкистов (а таких сгоревших в танках экипажей, судя по военным хроникам, было немало) извлекали из груды искореженного металла и с воинскими почестями хоронили в братских могилах. Говорят, это продолжалось многие месяцы после танкового побоища. А потом еще несколько лет на здешних полях ничего не росло: так плотно их “засеяла” война порохом и железом... Место воинского захоронения А.С.Печалина, как сообщили родным из Подольского архива Минобороны СССР, – с.Березовка Ивнянского района Белгородской области. В “похоронке”, которую получили родители павшего воина, не было трагических подробностей гибели сына-танкиста. О них родне своего земляка,вернувшись домой, рассказал другой бронницкий фронтовик – Александр Прокофьев. Он служил с Василием в одном полку и участвовал в этом бою. Горела печалинская “тридцатьчетверка” у него на глазах...

Слушаешь воспоминания Пелагеи Григорьевны, а перед глазами – уже знакомый июньский снимок 1940-го. Кирпичная школьная стена и стоящий рядом с одноклассниками 18-летний Василий. Выпускник “красной”, запечатленный на последнем довоенном фото, так и остался в памяти всех, кто его знал, спокойным, добродушным парнем. Строго воспитанный родителями (отец Сергей Иванович, глава многодетиной семьи, жившей на Кожурновке, был ломовым извозчиком и возил бронницкую продукцию в столицу), будущий офицер учился в школе очень старательно, без “неудов”. Он не только к учебе, но и к любому делу подходил ответственно. И ни в чем никогда никого не подводил. А еще, как рассказала моя собеседница, с детства любил слушать соловьиные трели. Певчие птахи давно облюбовали старую ветлу за их домом и каждый раз давали летом настоящие концерты…

Пели ли шальные российские соловьи в июле 1943-го под Березовкой, в местах самых жестоких танковых сражений ХХ века? О чем думал перед большим наступлением и надеялся ли выжить наш 20-летний земляк, когда его “тридцатьчетверка” в числе других сдерживала своим огнем стальной натиск армады “тигров” и “пантер” из 2-го мехкорпуса СС? Вряд ли кто сегодня ответит на эти вопросы... Возможно, мысли парня были в чем-то созвучны известному песенному монологу горящего на поле боя танкиста: “Рванула из-под гусениц земля, и дан приказ, и отступать нельзя. И в грохоте снарядов я вижу где-то рядом: кусочек неба, солнца и поля... А в смотровую щель такое небо смотрится. В такой погожий день так умирать не хочется... Прилечь бы на траву, вглядеться в синеву и мамино лицо увидеть снова наяву... А мне домой напишут, что погиб, что воевал геройски, но убит... Всем близким станет больно, но хватит, всe, довольно: мой танк объятый пламенем горит...”

А вот на этом снимке – родной дядя Василия – Александр Иванович Печалин. Такая же молодая жизнь, оборванная войной... Он – 1919 года рождения, на четыре года старше своего племянника. Тоже офицер, только летчик-выпускник Тамбовского авиационного училища, которое окончил в довоенном 1940-м. На этом снимке Александр – выпускник с петлицами лейтенанта. Судя по тому, что знает о нем Пелагея Григорьевна, он перед отправкой на фронт какое-то время летал на “кукурузнике”. Кружился, говорят, даже над Бронницами, чтобы сбросить с неба весточку домашним. Позже воевал на истребителе, а сбили его тоже в ходе наступления на Смоленском направлении. Там израненного в бою летчика долго пытались спасти в эвакогоспитале №2386. Но 4 июля 1944 г. лейтенант А.И.Печалин умер от ран и был похоронен на Покровском кладбище г.Смоленска.

…В победные майские дни все многочисленные братские могилы, воинские захоронения на Белгородчине и на Смоленщине “оживают” ярким разноцветьем памятных венков. А еще молодые жители тамошних сел до сих пор каждой весной высаживают на Аллеях Славы, в местах давних боев молодые саженцы. Крепнут и зеленеют листвой у памятников павшим солдатам стройные яблоньки и березки, гибкие плакучие ивы... Наверняка, и у надгробий, где похоронены наши земляки – 20-летний бронницкий парень Василий и его 25-летний дядя Александр, есть такие деревца – живые символы людской памяти. Корнями она уходит в нашу славную историю, а ветвями обращена в день сегодняшний. Этой памяти не страшны время и тлен, она сильнее смерти!

Воспоминания записал Валерий ДЕМИН