СЛОВО О СТАРШЕЙ СЕСТРЕ

6 апреля, 2017 - 15:14 27
Когда позади восемь десятилетий биографии, все чаще оглядываешься назад, окидываешь мысленным взором прожитые годы, воскрешаешь в памяти своих ушедших в мир иной родных и близких.Несмотря на трудный характер, немало знавших ее бронничан-старожилов по-доброму вспоминают мою сестру, как ветерана труда и 38-го ОПЗ, как активную общественницу, признанного комсомольского лидера, затем – руководителя крупного отдела оборонного предприятия, оставившего свой след в его славной трудовой летописи. Но я-то знала свою старшую сестру не только в качестве передовика производства и многолетнего руководящего работника. Она осталась в моей памяти во многом непохожей на остальных членов нашей семьи – малоприспособленным для домашнего быта человеком, гордой и одинокой в личном плане женщиной, с головой ушедшую в свою работу, так и не сумевшей создать семью и стать матерью... 
 
Людмила (мы, домашние, и друзья звали ее Люсей) родилась в 1931 году и была желанным первенцем в нашей большой семье. Отец Алексей Константинович, как мне позже рассказывала мама, очень радовался появлению на свет первого ребенка. Он всячески баловал свою любимую дочку даже когда она подросла и появились на свет наши братья Алексей, Валерий и я. Как и все мы, училась старшая сестра в «красной» школе, занималась старательно, в отстающих никогда не ходила. В конце военного 1942 года, когда папу призвали на фронт, Люсе – самой старшей из нас – шел уже двенадцатый год. Думаю, она с мамой особенно сильно горевала, когда в 1943 году нам перестали приходить «треугольники» от пропавшего без вести, а как выяснилось в будущем, погибшего на Курской дуге отца...
В первый послевоенный год моя старшая сестра оканчивала семь классов в «красной» школе и поступила на работу в другое бронницкое учебное заведение. Его в народе называли по-простому – «колхозной школой», но по существу это было местное проф­техучилище. Располагалась оно в самом центре Бронниц, в Гостином дворе, и там готовили специалистов для сельского хозяйства – трактористов, комбайнеров, ветеринаров, бригадиров полеводческих бригад и других. Насколько помню, там даже было свое небольшое общежитие для приезжих учащихся. Людмила работала в этом училище секретарем-машинисткой. Позже, когда сестра уже освоилась в коллективе, ее, активную и добросовестную комсомолку, избрали секретарем «первички».
Забегая вперед, добавлю: в ВЛКСМ Людмила вступила еще в общеобразовательной школе, и именно организаторская работа в комсомоле во многом определила ее дальнейшую судьбу. Три последующих года она добросовестно трудилась в «колхозной школе». При этом успевала учиться в городской вечерней школе. Она в то время находилась на ул. Советской, и там обучалось немало рабочей молодежи. Когда Людмила получила среднее образование, она решила сменить место работы и устроилась копировальщицей в в/ч №51548 (испытательный полигон). Опять же надо отдать должное ее целеустремленности: как и прежде, она стремилась постоянно повышать свое образование. Без отрыва от работы училась на курсах конструкторов и успешно их окончила.
За год работы в военной части сестра, похоже, успела проявить себя только с лучшей стороны, ее заметило руководство города. Однажды ее вызвали в Бронницкий горком комсомола и рекомендовали на должность секретаря комсомольской организации 38-го опытного завода. Людмила согласилась и, судя по всему, пришлась там к месту. Вскоре молодые заводчане по-достоинству оценили ее деловые качества и на комсомольском собрании избрали своим вожаком. На заводе сестра не прекращала учебу – окончила двухгодичные курсы техников-конструкторов и получила нужную для дальнейшей самостоятельной жизни профессию. В это же время заводские коммунисты приняли отличившуюся комсомолку-активистку в ряды КПСС. Для молодого специа­листа советской поры – это очень хорошее начало трудовой биографии. 
Но на достигнутом Людмила останавливаться не собиралась. Она была намерена обязательно получить высшее образование. Правда, выбрала совсем иную сферу – поступила в Коломенский пед­институт по специальности «Учитель русского языка и литературы». Почему сестра вдруг решила посвятить себя педагогике – я до сих пор могу только догадываться. Наверное, в то время она еще окончательно не определилась с выбором своей профессии... А может, ей, перспективному комсомольскому лидеру, просто нужен был вузовский диплом? Однако, на 3-м курсе пединститута сестре пришлось бросить учебу по состоянию здоровья. Она тяжело заболела, и ей пришлось долго лечиться. В этот трудный период на помощь Людмиле пришла наша мама: она всячески ухаживала за больной дочерью, оберегала от житейских проблем. И при этом все чаще напоминала о том, что ей надо думать не только о профессиональной карьере, но и устраивать свою личную жизнь, обзаводиться семьей, думать о потомстве...
Наверное, моя старшая сестра и в самом деле долгое время жила только своей руководящей работой, большими и малыми общественными делами, производственными проблемами. К слову, в советский период таких женщин среди партийно-комсомольского актива было немало. Сегодня, спустя годы, уже непросто понять, что именно их побуждало всякий раз отодвигать домашние дела, свою личную жизнь на второй, а то и на третий план... Находясь в гуще дел, Людмила с годами приобрела заслуженный авторитет и уважение в коллективе завода. И не только в бытность секретарем первичной комсомольской организации 38-го ОПЗ, но и в последующий период, являясь начальником чертежно-конструкторского бюро завода. За свои заслуги и активную общественную работу представительная Людмила Алексеевна неоднократно избиралась членом горкома партии. 
Помню, я всегда с гордостью смотрела на фотографию своей сестры на заводской Доске Почета. А как-то, приехав в Раменское, с удивлением увидела ее портрет среди лучших производственников района. Как это ни странно, но нам, домашним, она о своих достижениях и заслугах никогда и ничего не рассказывала. Получая почетные грамоты и другие награды на торжественных собраниях, Людмила всегда уделяла должное внимание своей внешности, по меркам того времени хорошо одевалась, была очень опрятной и внешне привлекательной. Но при этом в молодые годы, несмотря на увещевания нашей мамы, почему-то не думала о замужестве, всякий раз отвергала ухаживания даже очень достойных кавалеров. 
Насколько мне известно, ее как отличившегося по многим показателям комсомольского лидера не раз приглашали во время новогодних праздников на знаменитые на всю страну «кремлевские елки». Там Люся однажды познакомилась с летчиком-офицером из Звездного городка. Они долго переписывались, но, когда офицер решил приехать к ней в Бронницы, моя сестра от встречи категорически отказалась. Одной из своих подруг объяснила свой отказ тем, что, мол, стыдилась своего скромного быта, нашего дома на Красноармейской.... 
И в семье, по отношению к нам, старшая по возрасту сестра держалась как-то особняком. Часто закрывалась одна в комнате, общалась больше с матерью, а на работе – с подругами... Среди них были такие известные на заводе и в городе работницы, как Лариса Зубарькова и Тамара Барышникова. А я и братья стали для нее слишком простыми, домашними, обыденными, малозначимыми... К слову, брат Алексей, который тоже был достаточно активным, технически подкованным и очень наблюдательным по жизни парнем, в этом плане заметно отличался от Людмилы в лучшую сторону. Уже в преклонном возрасте часто размышляя об особенностях характера сестры, причины ее несложившейся личной жизни, я пыталась по-своему понять мотивы ее поведения и не осуждать за былое. Так, наверное, часто бывает с амбициозными людьми, которые, дослужившись до серьезных должностей, живут надеждами и намерениями добиться еще более значимых профессиональных высот, переставая при этом замечать своих якобы заурядных родственников.
Людмила трудилась на 38-м заводе не одно десятилетие – до пенсионного возраста. Но, несмотря на все ее достижения и личный авторитет, выше начальника чертежно-конструкторского бюро она так и не поднялась. После увольнения с завода последние шесть лет своего трудового стажа сестра работала кладовщицей в СПТУ №84 (ныне – автомобильно-дорожный колледж) – выдавала учащимся инструмент для занятий по ремонту и обслуживанию автомобилей. А в дальнейшем она и вовсе перестала быть трудоспособной, на нее с новой силой обрушились прежние болезни. Сестра перенесла три серьезные операции и стала инвалидом. В конце жизни она мало общалась даже с нами, родственниками, и близкими ей людьми. Просто замкнулась в своей квартире, в своем тяжелом одиноком быту. Только в самые последние дни, когда сестра была уже прикована к постели, мы сообща ухаживали за ней... 
Говорят, в нашей жизни всё предопределено, и в ней не бывает ничего случайного. Людмила Алексеевна почти всю свою сознательную жизнь трудилась на оборонном предприятии, ненамного пережила сам завод (его ликвидировали) и умерла в возрасте 82 лет. Случилось это 23 февраля 2013 года – в День защитника Отечества. Такое вот интересное совпадение. 
Елизавета СМИРНОВА-ЛАТРЫГИНА 
 

Реклама